врач-невролог, топ-блогер ЖЖ
«Аутизм – это разновидность шизофрении. Врачи, которые утверждают обратное, просто безграмотны!» – такое заявление мне пришлось прочитать в одном сообществе, посвященном особенным детям. Его лидер – мама ребенка с расстройством аутистического спектра. Медицинского образования у нее нет, зато есть в продаже десяток «очень полезных» вебинаров.
Информация, которую публикует автор, весьма однообразна: там можно встретить типичное обвинение – «врачи не хотят думать», заявления, что аутизм – это болезнь и преступно специалистам считать иначе. Тут же находится место теориям про таинственное нейровоспаление – правда, кто и когда подтвердил данный процесс исследованиями, неизвестно.
В сообществах, где не принято хотя бы пытаться сохранить объективность, достаточно бурного выражения эмоций, и чем они ярче, тем убедительнее считается такая «аргументация». Проблема в том, что именно на такую информацию попадают в первую очередь растерянные родители детей, которым недавно был установлен диагноз «расстройство аутистического спектра» (РАС). Они надеются, что это можно вылечить, просто врачи скрывают эффективные методы лечения. Кто-то ищет поддержки – и получает ее, но вместе с ней «бонусом» идет масса ошибочной и вредной информации.
Давайте разберемся, где проходит тонкая грань между нейроотличиями, к которым и относится, например, аутизм, и истинными болезнями.
Нейроотличия неотделимы от личности. Человек таким родился. Исследования показывают, что у детей с аутизмом уже на внутриутробной стадии развития мозг растет и меняется своим, особым путем. При этом не происходит повреждения мозгового вещества, как бывает при инсульте или опухоли, но иначе формируются связи между нервными клетками. В момент, когда часть связей должна исчезнуть, чтобы дать место новым, в мозге аутиста ничего не пропадает.
Ребенок с РАС рождается другим. Он иначе воспринимает информацию из внешнего мира. Его мозг особенным образом ее обрабатывает
Это меняет все: личность, характер, поведение. Болезнь же развивается на фоне нормы. Мозг поначалу растет как надо. Но в какой-то момент что-то идет не так: инфекция, инсульт, травма или иное повреждение приводит к комплексу неврологических проблем. Некоторые из них можно вылечить полностью. Например, успешно справиться с менингитом своевременно начатой терапией антибиотиками, и личность станет как до болезни.
Другие недуги мозга вылечить нельзя, но удается контролировать их при помощи таблеток
Например, шизофрению как раз таки можно взять под контроль при помощи препаратов-антипсихотиков. Человек часто возвращается в социум и успешно в нем функционирует. Если не бросать назначенное врачом лечение, конечно.
Получается, что лекарства как бы помогают отделить болезнь от личности. В то время как особенности нейроразвития навсегда остаются с человеком, во многом определяют его характер и поведение.
Еще один важный вопрос, который помогает успешно манипулировать сознанием перепуганных родителей недобросовестным продавцам вебинаров сомнительного содержания. Они расскажут, что аутизм – результат нейровоспаления.
«Погодите, но воспаление мозга – это же энцефалит», – скажет любой доктор. И будет прав. Бывает инфекционный энцефалит: его вызывают бактерии и вирусы. Иногда воспаление мозга развивается из-за атаки собственных иммунных клеток организма. Есть исследования, согласно которым депрессия – это тоже результат нейровоспаления. Вот только непонятно, откуда оно возникает: то ли генетика всему виной, то ли внешние факторы, то ли все вместе, поэтому о данной теории депрессии эксперты пока рассуждают очень осторожно.
Но с аутизмом-то многое понятно: мы точно знаем, что мозг развивается иначе, чем в норме. При этом у одних этот процесс выражен неярко, и дети могут учиться в обычной школе, хоть и имеют проблемы с общением. А другие не могут говорить, обслуживать себя в быту и нуждаются в постоянном присмотре.
В ответ на эти справедливые аргументы разъяренные родительницы обычно изгоняют доктора из дискуссии. Сложно побороть эмоциями суровые факты. Да и неприятно терять надежду на волшебное излечение…
А вот и нет. Просто такие дети нуждаются скорее в правильной адаптации в обществе, а не в таблетках. Волшебного лекарства от аутизма нет. Хотя в качестве корректоров поведения иногда используются антипсихотики и другие препараты. Также есть ряд болезней, которые достоверно чаще встречаются при аутизме, чем на фоне полной нормы. Например, эпилепсия. И тут, конечно, нужна будет специальная терапия для контроля приступов.
Но все это не меняет развития нервной системы ребенка с аутизмом. Она как была, так и остается другой. И процесс этот глобальный, а не локальный, как при инсульте или травме.
«Сообщая родителям, что аутизм – это особенность развития мозга, а не болезнь, врачи преступно бездействуют! – горячится в Интернете очередной оратор. – Рекомендуют походить на развивашки да назначают ноотропы, а нужно делать совсем другое» (тут обычно следует ссылка на шарлатанский метод лечения).
За этим эмоциональным сообщением стоит сразу несколько проблем медицины. Часто бывает так, что диагноз «аутизм» врачи не ставят. Ребенку исполняется год, три, пять лет – диагноза все нет. Доктора назначают ноотропы. И это действительно проблема – трудности диагностики, неумение заподозрить истину, а главное, корректно и доходчиво сообщить родителям о своих наблюдениях. С этим до сих пор бывают трудности. Отсюда и назначения врачом ноотропов. «Точно не повредит, да и видимость лечения какая-то есть», – думает специалист, иногда из самых благих побуждений.
А за пренебрежительным словом «развивашки» может стоять как бесполезная остеопатия, так и вполне эффективная АВА-терапия – метод поведенческой адаптации ребенка к жизни в обществе.
Иногда чаду с аутизмом могут понадобиться и логопед, и дефектолог, и физический терапевт, и даже эпилептолог – все зависит от сопутствующих проблем
Поэтому куда разумнее говорить не про поиск таблеток, которые сделают ребенка «нормальным», а про комплексную реабилитацию, когда проводится диагностика, выявляются проблемы и составляется индивидуальный маршрут медицинской помощи такому пациенту. Вот это действительно оправданный подход. Правда, встретить его можно пока не так часто, что и вызывает непонимание и гнев родителей. И поиск альтернативных источников помощи.
Но есть и факты, которые объединяют особенности нейроразвития и болезни. И то и другое снижает качество жизни, хотя и происходит это по-разному.
Людям с РАС, СДВГ, дислексией (трудностями чтения) трудно существовать в сообществе «нормиков». У нейроотличных людей имеются трудности в том, чтобы встроиться в социуме: там, где обычный человек делает какое-то рутинное дело без усилий, почти автоматически, человек с РАС может испытать серьезные трудности и стресс.
Например, ведение ничего не значащего разговора о погоде для человека с РАС при нормальном интеллекте затруднительно в силу непонимания – зачем говорить об абстрактных вещах, когда можно просто помолчать, глядя в сторону, а потом уйти, не попрощавшись? У людей с заболеваниями психики и нервной системы все обстоит иначе: качество жизни у них снижено, потому что раньше все было нормально, а теперь появились нарушения каких-то важных функций – речи, умения планировать, запоминать, ходить и так далее. По сути, их жизнь делится на до и после.
Скорее всего, в будущем разделение на «нормиков» и нейроотличных претерпит изменения. Уже сейчас некоторые энтузиасты предлагают расширить понятие нейроотличия и все-таки внести туда некоторые ментальные болезни. Как это повлияет на общество, покажет время.
Главное – понимать, что все классификации допускают некоторую степень условности. И у врачей нет цели занести всех пациентов в табличку, строго систематизировать и «наказать» уколами и таблетками. Критерии диагноза помогают свести к минимуму возможность ошибки – это относится и к нейроотличиям, и к ментальным болезням.
Основная же цель деятельности любого грамотного специалиста – понять, как помочь конкретному человеку. И диагноз в этом случае всего лишь инструмент, а не способ заклеймить пациента или лишить его надежды на счастливое будущее.
Будьте здоровы!
Фото: @hikiapp / unsplash