Одна моя любимая подруга, вернувшись с Бали, все-таки надумала отмечать свой прошедший день рождения и собрала планируемых гостей в общем чате. Ну а дальше, как это принято в общих чатах, наперебой обсуждались детали, мягко вибрировал девичий заливистый смех и разноплановые шутки интеллигентно одна за другой уступали место друг другу. Приятная суета перед вечеринкой. И пока я наслаждалась картинками, представляя шумный девичник в пайетках и «леопарде», чуть не пропустила ремарку, что, мол, сидеть будем спокойно, все-таки возраст обязывает (и я побрела на поиски строгого платья-футляра). Кто-то из участников с уважением согласился, подметив, что «как-никак тридцать». К счастью, день рождения закончился в караоке и есть что вспомнить, но эти рассуждения о возрасте в тридцать лет – какая-то всеобщая человеческая нелепость. Ничего личного, но время от времени я слышу в разных компаниях от ровесников, успешных и бодрых, что-нибудь вроде «Мы теперь люди солидные», «Ты забыла, что мне уже тридцать?» или «Я уже стара для всего этого!».

3 Почему сегодня все тридцатилетние называют себя «старыми»?

Я категорически отказываюсь понимать, что значит «стара для всего этого». Для чего? Для прыжка в кровать не в 23.00, а в три часа утра? Или для того, чтобы от души посмеяться в баре, а потом перебежать в другой по соседству?

Сейчас же придумано все для того, чтобы вы поскорее забыли о бессонной ночи – таблетки от головы, патчи под глаза, смузи от похмелья, завтраки в кафе до обеда в конце концов. Никто и не заметит, чем вы занимались вчера. Да и не обязательно много пить – можно заказывать свежевыжатый сок, ведь себя пора уже поберечь, не правда ли? Я не агитирую всех к злоупотреблению алкоголем, просто любые запреты ровно перед дверью с табличкой «Здесь весело» – к чему они? Нет, я еще могу понять молодую мать, которая мысленно себе дала установку забежать на праздник на два часа и спокойно поехать домой, или человека, которому завтра вылетать в пять утра. Но все остальные, у кого каждые выходные запрет на запрете, потому что он «уже не тот», – это перебор. Веселье, как и все чувства и ощущения, невозможно планировать. Если вы уже куда-то выбрались, значит, у вас есть время и минимальное желание. Не надо думать, как будет дальше и когда все это лучше завершить. Будет как будет: иногда на классный вечер требуется не больше двух часов, а бывает, что неожиданно наступает утро. И в этой безмятежной спонтанности и кроется весь кайф.

Окей, после долгих лет бурной шумной молодости наверняка кто-то действительно понимает, что пора бы слезть с барной стойки и переместиться в ресторан. Желание понятное, но связано оно скорее с тем, что сейчас просто не модно танцевать на столах. И вполне логично, что все рано или поздно надоедает, революционизирует и меняется. Если вы и в двадцать веселились так себе, то не надо оправдываться через десять лет перед друзьями, что ночь – время для сериалов и сна, да и не комильфо уже выползать из дома после полуночи. А слушать про мифологическую солидность от заядлых авантюристов, у которых загораются глаза от любого кипиша – это как вообще? Что за новости такие? И что за черта такая – солидность? Деловой костюм? Деньги? Крутая работа? Возможно, но переоденьтесь в конверсы и джинсы – и вот вы уже вновь готовы к самым головокружительным приключениям. Тем более с наличием денег!

21 Почему сегодня все тридцатилетние называют себя «старыми»?

Вообще в нашем современном мире возрастные ограничения давно стерты. Посмотрите на старшеклассниц. Вы когда-нибудь слышали, что они обсуждают? Я однажды сидела за соседним столом с юной компанией визуально взрослых женщин. Они наперебой щебетали о том, кто где наращивает ресницы, сколько стоит йога в гамаках, почему Тель-Авив лучше Иерусалима и какие костюмчики для перелетов самые удобные. Честно говоря, все, разве что кроме последнего пункта, входит в список тем между мной и моими подругами 30+. Конечно, мы еще успеваем перемыть косточки бывшим или нынешним мужьям, любовникам, несносным коллегам или непослушным детям, но только потому, что у нас было чуть больше времени на все это.

Смывание возрастных границ связано с необъятным развитием общества и нас в нем. Ну правда, в 16 лет мы не сидели в кафе с чашкой капучино, а клеили постеры на стену и заходили за друзьями строго домой, нажимая на дверной звонок, которыми сейчас никто не пользуется, равно как и домашними телефонами.

Сегодня у нас есть самый крутой шанс – быть такими, какими хочется. Выглядеть ухоженно или растрепанно, одеваться аккуратно и ненавязчиво или выделяться из толпы, сидеть в барах или бежать марафоны. Жить и любить как угодно, быть кем угодно, учиться, сколько хватит сил.

Как только язык поворачивается называть себя старым? Когда сегодня рожают уже далеко не в двадцать, замуж выходят не один раз, а возможности для пресловутого ЗОЖ такие, что можно реально выглядеть лучше, чем в юности. Вот такая доступная современность

Я понимаю лишь одно, что тридцать – это некоторый рубеж, когда абсолютно все начинают копошиться в собственной жизни, анализируют прошлое и планируют будущее. Всем почему-то кажется, что они до тридцати молодые, а потом раз – и что-то происходит. Мне тридцать два, и однажды я услышала вопрос: «Как тебе живется в этом возрасте?» Я не поняла, куда себя деть от недоумения, потому что вообще не понимаю, как выносить возрасту характеристику. Я могу оценить свое состояние на данный момент: хорошо мне или плохо, влюблена я по уши или погрязла в карьере, довольна ли своим весом или все еще стремлюсь к совершенству.

Возраст в реальности – это точно про состояние души, про характер, про привычки и собственные ценности, про горящие глаза и желание получать новые впечатления

Что значит, что в тридцать нельзя танцевать? А что тогда делать в сорок? Готовиться к пятидесяти? Купить дачу с огородом, удобную обувь и сменить гардероб на неприметные вещи? Мыслить категориями прошлых поколений, у которых просто не было никаких возможностей, давно не актуально. И я точно счастлива в свои тридцать два хотя бы от того, что я наконец все про себя знаю. Да, я честно пыталась примерять на себя различные роли, пока не начала играть свою собственную. Без умеренности, полумер, сожалений, живя исключительно сердцем. И это моя стихия. И я счастлива, что в тридцать два понимаю, что счастье у каждого свое, стихия у каждого своя, да и что говорить – люди все разные, и не в возрасте дело. Кто-то живет с юношеским максимализмом всю жизнь, потому что он такой. А другой – великий зануда в двадцать два.

51 Почему сегодня все тридцатилетние называют себя «старыми»?

Но если мы и лишаемся чего-то со временем, так это смелости. Нам лень нарушать правила, лень искренне радоваться, лень спонтанно принимать решения, лень выдумать что-нибудь необычное, лень любить. Вместо этого мы маскируемся под каким-то непонятным желанием «жить, как принято в тридцать». Но дело-то все в том, что сейчас никак не принято. Или иначе: принято так, как вы сами себе это представляете.

А старость, как сказал однажды мой дядя, – это когда ты уже не воспринимаешь реальность, не можешь соответствовать времени. А еще это моя соседка. Она еле-еле ходит, и ничего не остается, как ежедневно желать ей здоровья и сил. Ей и всем глубоко пожилым людям, которые никогда не поймут наших шуток про возраст.