Екатерина Истомина

Екатерина Истомина,
журналист

Не секрет, что основополагающая цель многих наших девушек и иных витальных бодрых дам – выглядеть по жизни и на публике значительно дороже, чем это есть на самом деле… «Эффект Эллочки», этой великой Эллочки, которая положила свою хрупкую молодость на борьбу с Вандербильдами, распространен в российских современных широтах. Иногда на персональный гардероб класса haute couture тратятся небольшие состояния: достаточно пролистать аккаунты легкокрылых красавиц в «Инстаграме», чтобы увидеть, как за сумку 2.55 Chanel («в икре»!) разом выкладывается три-четыре зарплаты. Причем такое положение дел наличествует не только в ветреной моде, но и в иных жизненных сегментах, например в автомобилестроении. Я хорошо помню, что, когда на наш рынок торжественно выезжала британская автомобильная марка Bentley (это было в ноябре 2003 года), многие журналисты шутили. Мол, пузатый господин N ездит на роскошном купе британского королевского двора (купе цвета «британский зеленый»), а сам живет в демократичной пятиэтажке. Имидж – все, а бедность не порок.

У вашего верного корреспондента, автора этих точных ювелирных строк, был как раз обратный случай. Однажды меня приняли за европейскую миллионершу, хотя я не приложила к этому ни малейших усилий. Трагикомический случай произошел в далекой от нас во всех смыслах Японии. Страну восходящего солнца я нежно люблю. Несмотря на праворульное движение, я объездила Японию вдоль и поперек, целый год я потратила на изучение хитроумного японского языка. Много лет я коллекционирую предметы японского декоративно-прикладного искусства и украшения ювелирного дома Mikimoto, основанного талантливым уроженцем провинциального японского городишки Тоба Кокичи Микимото в 1895 году.

За время моей дружбы с японским домом Mikimoto (мне даже выпала честь вырастить несколько сот жемчужин для украшений марки – на главной ферме дома на одной японской ривьере) особенно теплые отношения у меня сложились с мистером Сузуки. Мистер Сузуки, маленький деликатный японец, занимал в Mikimoto важнейшую должность: он нес ответственность за VIP-клиентов компании. Сейчас мистер Сузуки, истинный знаток шести европейских языков, на заслуженной пенсии: ему немало лет, работать в компании он начал еще в середине 1960-х.

Это именно он, мой дорогой японский друг мистер Сузуки, выбирал жемчуг Mikimoto для Жаклин Кеннеди, Грейс Келли, Брижит Бардо, Мэрилин Монро (в честь главного секс-символа всех времен и народов в Mikimoto выпустили специальную коллекцию) и Катрин Денев. Именно мистер Сузуки открыл в 1974 году на Вандомской площади благословенного Парижа первый европейский бутик Mikimoto («жемчужный магазин» до сих пор там и располагается, в доме номер 8). Другими словами, мистер Сузуки был отчаянно важной птицей в японском ювелирном хозяйстве.

В первое же мое пребывание в Японии мы по-настоящему подружились: мистер Сузуки показывал мне редчайшие драгоценности марки, мы выпивали литры теплого саке в простонародных «сушарнях» Токио и танцевали в популярных барах с караоке. Потом, когда я вернулась в Москву, мы вели переписку на академическом французском языке – милые поздравления к Рождеству, к Пасхе и так далее.

Разумеется, в свой второй визит в Японию я немедленно отправилась во флагманский магазин Mikimoto в токийском районе Гиндза, где на самом верхнем этаже находился просторный кабинет моего лучшего японского друга – мистера Сузуки. Я нашла его на рабочем месте: склонившись в три погибели, мы по-японски приветствовали друг друга. Мой японский язык на тот исторический момент был не слишком хорош, поэтому мы перешли на язык классической роскоши, а именно на французский.

«Мадам, вы, вероятно, желаете сейчас примерить ту чудесную тиару с крупными багетными аквамаринами, которую вы заказали в свой прошлый визит в наш Токио?» – помурлыкал мистер Сузуки. Мы сидели в бархатной VIP-зоне восьмиэтажного магазина Mikimoto и медленно пили холодное французское шампанское. Мистер Сузуки дал знак рукой, маленькая японка немедленно принесла грандиозную тиару с голубыми прозрачными аквамаринами. «Кроме того, дорогая моя мадам, уже почти готово ваше большое колье с жемчугом и рубинами! Остались лишь штрихи – так сказать, остались маленькие мелочи, – мурлыкал мистер Сузуки, – но мы готовы показать вам даже не совсем завершенное украшение! Вы почувствуете его магическую ауру, его особенное вдохновение!»

Я, если честно, совершенно не понимала, о чем идет речь, какая магическая аура? Какая еще тиара с аквамаринами, какое еще колье с рубинами? Но мистер Сузуки, деликатный и мягкий, как воспитанный, холеный британский кот, безжалостно мурлыкал дальше: «Мадам, мы все, весь наш старинный дом, основанный Кокичи Микимото, рады, что именно вы являетесь одной из наших главных и любимых клиенток! Во всем мире не найти женщины с таким вкусом, как у вас!»

До моего расслабленного шампанским мозга наконец-то дошло: мистер Сузуки меня с кем-то ненароком перепутал! Перепутал с какой-то миллионершей из Америки или Европы. Факт, впрочем, науке известный: европейцы для жителей Азии все на одно лицо, как, собственно, и наоборот – азиаты для жителей Европы и двух Америк с Австралией похожи друг на друга. В определенный момент и мистер Сузуки начал догадываться, что тут происходит что-то неладное: дорогая, любимая клиентка (в лице ошарашенной меня) как-то пугается, с неохотой рассматривает принесенные драгоценности и, что самое ужасное, вовсе не спешит заплатить за них! Стоит ли говорить, что индивидуальные заказы в доме Mikimoto стоят десятки, а то и сотни тысяч долларов.

Наконец наступило ужасное гробовое молчание. Никто из нас не понимал, каким волшебным образом можно выйти из столь запутанного положения. Мистер Сузуки испуганно смотрел на меня, а я – на него. Я, коммуникатор от природы, решилась объясниться первой: «Дорогой мистер Сузуки, произошла ошибка. Я не заказывала тиару с аквамаринами. Ее заказала другая женщина. И к колье с рубинами я тоже непричастна! Я журналистка, а не миллионерша! Увы…»

Мистер Сузуки сделал знак, и драгоценности исчезли как по волшебству. Шампанское мигом закончилось. Нужно было прощаться. Мы медленно и печально встали и молча пошли к лифту, унесшему нас на первый этаж, где продаются самые недорогие украшения Mikimoto.

«Катрин, но вы ведь все равно что-то хотите купить в нашем флагманском магазине?» – нашел в себе силы безукоризненно улыбнуться мистер Сузуки.

Да! Да! Я купила небольшое колье из мелкого белого жемчуга с серебряным замочком, пусеты с золотыми жемчужинами и серебряную брошь в форме круглого венка. Мистер Сузуки распорядился о персональной скидке и лично упаковал все мои драгоценности. Проводив меня до дверей, мистер Сузуки поклонился по-японски – очень низко. «Впрочем, я повторю, что уже и говорил. У вас прекрасный вкус, мадам!» – сказал он. Лучшего комплимента я никогда не слышала в своей долгой профессиональной жизни.