Ирина Щапова

Ирина Щапова,
журналист, феминистка и неугомонный шопоголик

Мир против натурального меха, и не замечать это уже даже как-то стыдно. Буквально на днях к полному запрету меха в продаже пришли в Калифорнии: губернатор штата подписал ряд законов против жестокого обращения с животными, и в том числе наложил вето на продажу новых изделий из натурального меха с 2023 года. По сути, это означает, что через четыре года жителям Калифорнии мех будет доступен только в секонд-хендах, ну и в музеях моды, где на меховые манто голливудских актрис можно будет полюбоваться через стекло. От производства изделий из натурального меха уже давно и активно отказываются и дизайнеры: в новинках вы уже не найдете шубы от Prada, Gucci, Versace, Armani, Michael Kors, Donna Karan или Chanel.

Дойдет ли отказ от меха когда-нибудь и до наших широт? Или те, кто еще помнит пафосную моду 2000-х на норки в пол и соболей в подарок от любовников, вживую этого уже не увидит?

Дориан Ли

Дориан Ли

Мэрилин Монро

Мэрилин Монро

С мехом происходит примерно то же самое, что и с дизайнерской одеждой в целом: от него отказываются там, где товары люксовой категории перестают быть интересными основной массе покупателей. Ведь главным тезисом защитников животных был и будет: «В пуховике же куда комфортнее и теплее», а стандартным ответом на него от поклонницы меха будет: «Да, но ощущения совсем другие». Чтобы разумно отказаться от ношения меха, нужно сначала принять для себя решение: одежда – это не то, что делает мою личность ценной.

Люксовые марки годами отрабатывали свой хлеб на человеческих комплексах: казалось бы, куплю себе сумку со знаменитой монограммой или туфли с легендарной красной подошвой и обрету вес в определенных кругах. Без слов продемонстрирую, что я своя в тусовке, что называется! В 2000-х в столице примерно так и было, минимализмом и скучными пальто-робами в пол никто особенно не увлекался, поэтому все определяли в толпе «своих» по опознавательным модным знакам. У неформалов они были одни, у завсегдатаев полузакрытых клубов ночной Москвы – другие. И разлинованные пластинами шубы из соболя, и «вьютоны», и «лабутены» пришли как раз оттуда.

Дженнифер Лопес, 2000

Дженнифер Лопес, 2000

Мэри Джей Блайдж, 2001

Мэри Джей Блайдж, 2001

На выходе из затяжного кризиса 1990-х в разбитной консюмеризм годов 2000-х народу и его элите необходимы были символы богатства, как когда-то новопровозглашенным царям – символы государственной власти. И если посмотреть на эволюцию народных героев за последние десять лет, начиная от стандартной тусовки «Голубого огонька» и прочих премьер Первого канала и заканчивая модными блогерами и инфлюенсерами, то окажется, что именно первая категория не то что не отказалась от меха, а даже едва ли поменяла свой стиль. Как на страничке онлайн-магазина ЦУМа в секции дорогих пальто по-прежнему «боярские» дубленки, шубы рублевских «цариц» и парочка бежевых и черных пальто для молодежи где-то посередине. Нашим гламурным светским львицам (и львам, если не забывать про поклонника натурального меха Филиппа Киркорова!) пока еще тяжело перестроиться на эти новые реалии без пафоса. Ну и без меха еще к тому же…

Поэтому, пока редактор австралийского Vogue Кристин Сентенера создает собственную марку капсульного гардероба, где все вещи комбинируются друг с другом, наша редактор российского Vogue рекламирует песочную норку фасона «халатик» и одобряет лисий полушубок на обложку. А мы-то думали, что годы идут и все меняется…

Всем вышесказанным мы вовсе не собираемся заявить, что мы, русские, бессердечные люди, которые никогда не откажутся от меха. Да и герои светских хроник, которые не спешат выбрасывать свои шубки, виноваты лишь косвенно. Просто в странах, как Россия и Китай, где меховое производство не снижает особо темпов роста, есть много других социальных проблем, которые отвлекают от дебатов на тему экологии и природы. Но продвижения все же есть: в прошлом году президент Путин принял закон об ответственном обращении с животными, который на законодательном уровне признает, что животные тоже могут испытывать страх и боль. Закон еще придется дорабатывать, но это уже важный шаг в движении к еще более осознанному потреблению. И холодные зимы, и дизайнеры, которые все еще выпускают шубки (ох, а среди них ведь народно любимые у нас Valentino, Salvatore Ferragamo и Dolce & Gabbana), будут старательно тормозить процесс.

Но не думайте, что в продвинутой Америке все так радужно: с места сдвинулась пока только Калифорния, да и то там в оппозицию закона встали так называемые антивеганы. А они, между прочим, считают веганство всемирным заговором и обещают, что злые «травоядные» вот-вот отберут у нас сначала мех, а потом и мясо, и сыры, и яйца, и все продукты животного происхождения. Так что традиции – они на то и традиции, чтобы меняться и разрушаться долго, медленно и занудно.

А что на тему отказа от натурального меха думаете вы?