София Гарбовская

София Гарбовская,
редактор ленты новостей

С приходом Кейт Мосс в индустрию моды началась эра героинового шика, главной фишкой которого стало субтильное, почти что изможденное телосложение. Однако сама Кейт долгое время знала об анорексии не понаслышке: в руке супермодели чаще можно было заметить сигарету, чем пакет с едой, и недаром именно ей принадлежит скандальная фраза «Нет ничего вкуснее, чем чувствовать себя худой».

Рождение дочери Лилы в 2002 году изменило взгляды Кейт на еду: она признала опасность бездумного голодания для здоровья и теперь всячески отговаривает молодых девушек истязать себя ради нулевого размера одежды. Эту же точку зрения разделяет и младшая сестра Мосс – 21-летняя Шарлотта, или попросту Лотти. На прошлой неделе она прошлась по красной дорожке Elle List Party, выбрав для вечеринки очень откровенный наряд: платье Aadnevik без бретелек с прозрачными вставками и разрезом выше бедра.

«Должна признаться: чувствую себя очень неуверенно в своем весе, поэтому надеть это платье было для меня большим шагом. Очень важно, чтобы люди знали, что вес может увеличиваться и уменьшаться, и это абсолютно нормально», – подписала Лотти снимки с мероприятия.

Поклонники горячо поддержали девушку, заявив, что она выглядит великолепно – и что самое главное, выглядит здоровой и цветущей, пусть назвать ее худой и нельзя. Впрочем, кожа да кости в модельной индустрии теперь не в чести, поэтому на карьере Лотти ее вес никак не отразился: за последние два года юной мисс Мосс удалось подписать контракт с агентством Storm Models и принять участие в рекламных кампаниях для Cavin Klein, Adidas Originals, Tommy Hilfiger, Bvlgari и прочих крупных брендов.

«Не все модели худощавые, и я, конечно, тоже не из их числа. У большинства из нас есть грудь. У нас есть большие бедра. Я хотела, чтобы моя коллекция была настоящим отражением меня, а я девушка с соблазнительными формами, – рассказывала Лотти в интервью в прошлом году, выпустив собственную линию одежды для молодежного бренда PacSun. – Теперь стало намного больше разнообразия, я думаю, что это правильно». Мы согласны!