О жизненных ценностях интересно разговаривать с тем, кто многого добился, прокладывал свой путь к успеху самостоятельно и готов поделиться опытом и знаниями с другими. Очередную встречу с основателем ювелирной сети SUNLIGHT Сергеем Грибняковым мы посвятили обсуждению таких тем, как ценности человека, находящиеся выше базовых, радость творчества и самореализации в любимом деле, достижение взаимопонимания с окружающими, значение конкуренции для роста личности и бизнеса.

– Сергей Анатольевич, добрый день. Первый вопрос: в чем смысл жизни для вас на нынешнем этапе?

– В чем смысл жизни? Это свобода, творчество. Когда есть возможность работать, заниматься творчеством, что-то придумывать, наверное, это самое главное в жизни – то, что люди многие недооценивают… Базовый уровень комфорта, мне кажется, если у человека какие-то основные потребности закрыты: есть крыша над головой, еда, он не голодает, обеспечивает себя и близких. А если работа доставляет удовольствие и ты без нее не можешь жить, то, наверное, ты обязан себя признать счастливым человеком.

– Хорошо. Но ведь вы сами – счастливый человек. И когда ты понимаешь, что ты – счастливый человек, хочется, чтобы окружающие люди тоже были счастливы. Какие вы усилия к этому прикладываете? Может быть, не всегда это просто?

– Это очень сложный вопрос, да. Здесь есть, конечно, диссонанс. Я осознаю, что люди меня не понимают где-то на девяносто процентов, когда я с ними общаюсь. Их восприятие моих жизненных ценностей очень сильно противоречит моим реальным. И из-за этого происходит, наверное, какой-то сбой коммуникативный. Ну, видно, я слабо разбираюсь в психологии людей, поэтому возникает какой-то деструктив в отношениях.

– Приведите, пожалуйста, пример такого недопонимания.

– В целом я всегда за то, чтобы люди росли, развивались, прогрессировали. Я сам от этого получаю удовольствие искреннее. Например, я для офиса ИТ выбрал размещение в Сочи. Нашел лучший офис, в котором бы сам мечтал работать, – с видом на море, в центре города, в порту, внизу был гастрорынок. Квартиры снял, для того чтобы лучшие сотрудники туда могли поехать и там работать. И конечно, жить. Серф-доски лежали в офисе, велосипеды и так далее. Но я понял, что люди это не оценили… Вот и бывает так, что то, что нравится мне, оказывается, совершенно не интересует большинство, и вот в этом, конечно, наши разногласия.

– Людям, наверное, какие-то более простые вещи нравятся, когда их хвалят, и не нравится, когда их упрекают чем-то, заставляют, напрягают, – так они это воспринимают.

– Ну тут есть истина, в глубине души. Я, конечно, хочу, чтобы окружающие были моими единомышленниками. Мне кажется, что так просто в современной России делать какие-то проекты, достигать невероятных результатов, что у меня прям руки чешутся, настолько это сейчас возможно, легко!

А другие это не ощущают, и получается какое-то разногласие. И они это воспринимают так, что на них кто-то из-за денег наезжает, а я просто из-за спортивного интереса к ним, на творческом кураже пристаю, а воспринимается это совершенно по-другому. Я не знаю как.

Наверное, это свойственно всем людям: они друг друга не понимают. И муж с женой, бывает, друг друга не понимают. Мы видим глобальное непонимание человеком человека. И чем дальше мы идем, тем больше эта разница, – как-то это проявляется на всех уровнях. У меня вот так, у других по-другому… Ну, наверное, надо стараться выстраивать диалог. Это тоже творческая задача – как сделать так, чтобы тебя и твой бизнес понимали. Поэтому я думаю, что видеоконтент в маркетинге должен победить, потому что он больше информации доносит.

– Хорошо. Но ведь вот вы человек хоть и жесткий, вокруг вас очень много людей, которые от вас зависят, от того, дадите ли вы должность или как премируете. И поэтому очень многие вам льстят, стараются преподнести на самом деле неправду и чтобы выслужиться. Как вы к таким людям относитесь?

– Отношусь к этому нейтрально в целом, но ничего поделать не могу. Такое поведение идет из-за воспитания какого-то, может быть, еще из-за чего-то. Они же не коммерсанты, поэтому как я могу с них требовать взгляда на жизнь предпринимательского? У них другие точки зрения. Наверное, тут больше моя проблема. Но за ней не кроется жесткость, за ней кроется просто какое-то творческое состояние.

Некоторые это очень даже позитивно воспринимают, я уверен, и у них все обычно складывается очень легко, просто, и они тоже кайфуют от работы. Я вижу, что есть сотрудники, которые не за деньги работают, а просто потому, что им нравится эта динамика, этот рост, который они получают рядом со мной, и они реально испытывают удовольствие. Каждому свое: кому-то нужен свиной хрящик, кому-то арбуз, кому-то попова дочка – есть же такая поговорка.

– Вас часто предавали… Вы многим людям помогли сделать карьеру – они стали директорами компаний-конкурентов. Как вообще вы относитесь к предательству?

– Не знаю, я, может, на их месте так же поступил бы. Я же не могу на себя со стороны смотреть. Каждому человеку хочется большего. Я даже поддерживаю людей, которые идут в самостоятельный бизнес. Вот некоторые сотрудники работали, ездили со мной на закупки, потом открыли собственное дело, сейчас оно у них процветает. Мы в хороших отношениях, созваниваемся. Иногда даже ездим вместе на ювелирную выставку в Гонконг, опытом обмениваемся. В общем, я за то, чтобы люди росли личностно и профессионально, приветствую, когда они совершают какие-то поступки, которые дают им рост. Каждый волен в своем выборе, в своей жизни. А что ушли… Да, это конкуренция, но если бояться конкуренции, то не надо выходить вообще в поле воевать. Это же стимул для роста, развития любого человека. Без конкуренции бизнесу смерть.

– Одним словом, вас можно назвать… великий мечтатель. Не зря вы приобрели на аукционе одноименную картину художника Ивана Годлевского, огромную, которая прежде висела в Русском музее, с молодым Лениным. Во всех выставках она участвовала как одно из самых сильных полотен автора. И она у вас висит при входе в офис.

– Можно же нарисовать любой сюжет по-разному, и Ленина тоже, да. Мы видели миллион его изображений. И Ленина можно любить, не любить, но отрицать того, что он великий мечтатель, нет смысла, и изобразить это в цвете не так-то просто. Задача незаурядного художника – сделать это талантливо, то есть нарисовать реально мечтателя и оценку ему объективную дать. Все-таки это была мировая революция, а не, как сейчас, какой-то мещанский, мелкий вопрос. Илон Маск нервно курит в стороне по сравнению с масштабом или смелостью идей Владимира Ульянова. Я не разделяю идеи коммунистов, но смелость мечты всегда заслуживает большого уважения.

Сергей Грибняков: возможность работать, заниматься творчеством – то, что многие люди недооценивают
И. И. Годлевский. Великий мечтатель. 1980–1990. 200 х 117